• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:29 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
"Губернаторъ", пожалуй, первая постановка, когда после каждой репетиции подмывает подойти к Андрею Анатольевичу, дабы выразить свой восторг и заворожённость процессом. Несмотря на то, что это будет самый загруженный для гримёров спектакль в репертуаре - over 60 артистов, массовки и служб в серой акве, ведро краски и четыре аэрографа, возможные выходы на сцену, раскладушки нам в цех, пожалуйста.
Нас вызывают ещё не действовать, но дежурить по одному. Нонче почистила постиж, разобрала авгиевы конюшни ящика в рабочем столе и отправилась в зал наблюдать. Это нечто, это такое мрачное потустороннее нечто, я свернулась в клубок, подтянув колени к носу, натянула капюшон и сверлила происходящее стальным взглядом, ибо невозможно смотреть это, не защищаясь. Невероятно. Никогда, ни на одном спектакле не видела, как наш артистический эгегей-молодняк, все сплошь кремень и арматура, под режиссёрским словом сворачивается в плавленный пластилин, и это достойно уважения, потому что есть ради чего.

Невероятно. Ни к одному выпуску я не относилась с таким трепетом.

Могучий оох.

@темы: "гримёрство", "тиятр"

23:24 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Уже не мертвею и не блюю давно, но вторую неделю состояние непрекращающегося похмелья и застойности бытия. Можно даже не пить вечерами - всё равно просыпаешься с тошнотой, тяжёлой головой и отвращением ко всему. "Сон алкоголика крепок, сладок.. или полусладок, или полусух, смотря какое пьёшь" Сны о карасиной тоске, войне, доме и квартире моего детства ярки, терпки и особенно тяжелы.
Карасиная тоска - финальная стадия, тащем-то. Скоро карасик приплывёт из далёкой страны, а потом, вероятно, пропадёт в этой далёкой стране навсегда. И я вот думаю - а стоит ли говорить. Терять нечего, но стоит ли оповещать человека о своей привязанности, в радость или в тягость, мне-то, понятно, будет легче, сказал и отпустил, но думаешь же не только о себе, когда эгегей. Прямо вот хожу и накручиваю в своей глупой голове, открыть рот или не открыть рот. Перспектив никаких, проснуться вместе ещё разок и никогда не увидеться больше будет просто невероятнейшим хеппиэндом. Я ваще не грущу, я чо - поблевала, помертвела, отряхнулась и пошла, просто пространство временно посерело и потеряло вкусы и запахи.

Всё так сложно, а сил на хоть какие-то действия нет. Хочется льнуть и молчать, тишайшей простоты, просто жаться, закрыв глаза. Не разговаривать ртом, подбирая точные, но непременно ни к чему не обязывающие слова. Чему я взрослая тётка, а не маленькая девочка.

Вопрос: при всём вышеописанном - сказали бы ртом при крайней встрече?
1. да  17  (89.47%)
2. нет  2  (10.53%)
Всего: 19

@темы: "страдальческий лытыдыбр", "карасиная тоска"

11:27 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Я здесь чаще о насущном, но сегоднячки не только о нём, а про потустороннее тож.
Сон - война, мерзь, холод, общее опустошение. Я иду из Петербургского жилища в жилище детское подмосковное, и везде - у каждого дома, дерева, помойки натыкаюсь на выброшенные зеркала, особенно такие - от трюмо и шкафов, с железными крючками, скрепляющими дерево, амальгамму и стекло. Город, полный отражённого белёсого неба, чёрных голых веток, отблесков и тишины. И понимаешь, что везде, в каждой квартире кто-то умер, и ни одной скатерти, ни одной простыни уже, что бы занавесить все зеркала. В парадных все двери нараспашку, взломанные замки, на моей кухне сидит, вытянув ноги, мужчина с синим раздутым лицом, остекленевшим взглядом, и писк будильника сливается с моим высоким "папа-папа-па.."

А вообще сегодня будет хороший день, так-то. Два "Когда я снова стану маленьким", "Губернатор" выходит на большую сцену после репзала - значит, пойду любоваться с балкона, как мои подопечные осваивают новое пространство, между дневным и вечерним спектаклем - кофичька в "Раде". Боренька вернулся из Берлина и тащит мне второй том Андреева насовсем..

Буду рисовать город, полный зеркал. Чо уж теперь.

UPD:

@темы: "страдальческий лытыдыбр", "рисовач", "ностальгическое", "тиятр"

23:17 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Два дня хотелось мертветь и блевать, алкоголечка не брала, каким чудом не закурила - неясно. Сегодня вроде немного прошло. Никогда не страдаю дольше трёх дней.

Люди, которые не сильно любят или сильно не любят свою работу, не понимают, почему это не трагедия, а наоборот. Когда их работа подходит к логическому завершению, им хорошо. Немного пустовато, непривычно, но хорошо.
Пиздец начинается тогда, когда ты слишком любишь свою работу, вот где настоящая трагедия. Потому что когда любимая работа либо неузнаваемо меняется, либо заканчивается навсегда, тебе в первое время хочется именно этого - мертветь и блевать.

Вот только сегодня приняла наконец, что мв действительно больше нет. Ну то есть они конечно будут, но не со мной и уже совершенно другие, рабочие, сухие, нелюбимые, потому что главное кончилось.
Ребята, вы самые лучшие в галактике. Самые лучшие. Ребята, вы..

И всё. Блевать по-прежнему хочется, но мертвею уже поменьше.

В киношеньке нужно запретить себе привязываться, но скилл пока не прокачан. "Для неё я мою руки, ем какие-то морковки. Только мы теперь в разлуке, мама в городе Прилуки, пятый день в командировке" Я по инерции хожу на пилон, просто потому что привыкла и вроде как надо, но моего коронного стриптиза на мв-11 теперь уже никогда не случится, незачем отращивать стальной пресс, покупать стрипы и брать индивы, не станцую я так, что вся группа после неделю не сможет снимать кино. Я рисую, потому что это один из немногих способов откачать из себя излишки любви - чёрное кровопускание, если оставить внутри, потравит нахер всё, и тогда даже блевать не поможет, только лечь и омертветь.

Ощущение, что я маленькая, а у меня отобрали любимую игрушку. Хуже некуда - отобрать год будущего, такого долгожданного. Ну или хотя бы полгода. Но чо уж теперь.

Дима поделился со мной своими сыренькими фотографиями крайнего блока. Полным комплектом, каждым съёмочным днём, и это такая сокровищница. Хотя бы прошлое у меня отнять не удастся.

____________________________________________________________________________


Любовь киношная и любовь театральная. Киношная - конкретизированная, тактильная, эгоистичная, заставляющая становиться лучше, но интоксикация организма полная. И театральная - бесплотная, рассеянная, очень концентрированная, как капитошка - плещется внутри тихая, пока не ёбнет где-нибудь в совершенно неожиданном месте, и круги по её воде расходятся от меня, но меня же бумерангом и накрывают. Я чуть не разревелась в репзале сегоднячки от того, какие они все. Неузнаваемые в наших серых гримах и обклейках, характерные, талантливые и живучие, семижильные. От того, что я на секундочку задумалась, что могло бы заставить меня уйти от этого оголтелого детского сада. Представила уплывающего навсегда в далёкие дали заветного карасика, это вот конь унёс любимого в далёкую страну, совершила бы я подвиг жены декабриста или осталась бы в тиятре, лелеять выводок своих подопечных, жить скачущей кардиограммой театральной жизни, и да - осталась бы. Потому что театральная любовь к ним ко всем объективно больше и чище, чем болезненная карасиная тоска, когда мало что можешь дать, а только брать - слишком паразитивно.

Это всё пиздец как грустно, конечно, но потом всё будет хорошо. Непременно.

А здесь, спасибо Диме, малая, но самая любимая часть нашего крайнего съёмочного лета. Законсервированная тщательнейшим образом. Случится ли ещё проект, который переплюнет мв по концентрации нежности и любви?

@темы: "чужое", "фото", "тиятр", "страдальческий лытыдыбр", "пилон", "киношенька", "карасиная тоска", "гримёрство", "МВ"

19:36 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
"..Они все равно уйдут, даже если ты обрушишься на пол и будешь рыдать, хватая их за полы пальто. Сядут на корточки, погладят по затылку, а потом все равно уйдут. И ты опять останешься одна и будешь строить свои игрушечные вавилоны, прокладывать железные дороги и рыть каналы - ты прекрасно знаешь, что все всегда могла и без них, и именно это, кажется, и губит тебя.

Они уйдут, и никогда не узнают, что каждый раз, когда они кладут трубку, ты продолжаешь разговаривать с ними - убеждать, спорить, шутить, мучительно подбирать слова. Что каждый раз когда они исчезают в метро, бликуя стеклянной дверью на прощанье, ты уносишь с собой в кармане тепло их ладони - и быстро бежишь, чтобы донести, не растерять. И не говоришь ни с кем, чтобы продлить вкус поцелуя на губах - если тебя удостоили поцелуем. Если не удостоили - унести бы в волосах хотя бы запах. Звук голоса. Снежинку, уснувшую на ресницах. Больше и не нужно ничего.
Они все равно уйдут.
А ты будешь мечтать поставить счетчик себе в голову - чтобы считать, сколько раз за день ты вспоминаешь о них, приходя в ужас от мысли, что уж никак не меньше тысячи. И плакать перестанешь - а от имени все равно будешь вздрагивать. И еще долго первым, рефлекторным импульсом при прочтении/просмотре чего-нибудь стоящего, будет: “Надо ему показать.”
Они уйдут.
А если не захотят уйти сами - ты от них уйдешь. Чтобы не длить ощущение страха. Чтобы не копить воспоминаний, от которых перестанешь спать, когда они уйдут. Ведь самое страшное - это помнить хорошее: оно прошло, и никогда не вернется.
А чего ты хотела. Ты все знала заранее.
Чтобы не ждать. Чтобы не вырабатывать привычку.
Они же все равно уйдут, и единственным, что будет напоминать о мужчинах в твоей жизни, останется любимая мужская рубаха, длинная, до середины бедра - можно ходить по дому без шортов, в одних носках.
И на том спасибо.
Да, да, это можно даже не повторять себе перед зеркалом, все реплики заучены наизусть еще пару лет назад - без них лучше, спокойнее, тише, яснее думается, работается, спится и пишется. Без них непринужденно сдаются сессии на отлично, быстро читаются хорошие книги и экономно тратятся деньги - не для кого строить планы, рвать нервы и выщипывать брови.
И потом - они все равно уйдут.
Ты даже не сможешь на них за это разозлиться.
Ты же всех их, ушедших, по-прежнему целуешь в щечку при встрече и очень радуешься, если узнаешь их в случайных прохожих - и непринужденно так: здравствуй, солнце, как ты. И черта с два им хоть на сотую долю ведомо, сколько тебе стоила эта непринужденность.
Но ты им правда рада. Ибо они ушли - но ты-то осталась, и они остались в тебе.
И такой большой, кажется, сложный механизм жизни - вот моя учеба, в ней столько всего страшно интересного, за день не расскажешь; вот моя работа - ее все больше, я расту, совершенствуюсь, умею то, чему еще месяц назад училась с нуля, участвую в больших и настоящих проектах, пишу все сочнее и отточеннее; вот мои друзья, и все они гениальны, честное слово; вот... Кажется, такая громадина, такая суперсистема - отчего же это все не приносит ни малейшего удовлетворения? Отчего будто отключены вкусовые рецепторы, и все пресно, словно белесая похлебка из “Матрицы”? Где разъединился контактик, который ко всему этому тебя по-настоящему подключал?
И когда кто-то из них появляется - да катись оно все к черту, кому оно сдалось, когда я... когда мы...
Деточка, послушай, они же все равно уйдут.
И уйдут навсегда, а это дольше, чем неделя, месяц и даже год, представляешь?
Будда учил: не привязывайся.
“Вали в монастырь, бэйба” - хихикает твой собственный бог, чеканя ковбойские шаги у тебя в душе. И ты жалеешь, что не можешь запустить в него тапком, не раскроив себе грудной клетки.
Как будто тебе все время показывают кадры новых сногсшибательных фильмов с тобой в главной роли - но в первые десять минут тебя выгоняют из зала, и ты никогда не узнаешь, чем все могло бы закончиться.
Или выходишь из зала сама. В последнее время фильмы стали мучительно повторяться, как навязчивые кошмары.
И герои так неуловимо похожи - какой-то недоуменно-дружелюбной улыбкой при попытке приблизиться к ним. Как будто разговариваешь с человеком сквозь пуленепробиваемое стекло - он внимательно смотрит тебе в глаза, но не слышит ни единого твоего слова.
Что-то, видать, во мне.
Чего-то, видать, не хватает - или слишком много дано.
И ты даже не удивляешься больше, когда они правда уходят - и отрешенно так, кивая - да, я так и знала.

И опять не ошиблась."

(с)

@темы: "карасиная тоска", "чужое"

07:07 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
В инстаграмчике по тегу #метновскиевойны10 вылезает всякий сериальный официоз, а по #мв10 - будни съёмочной группы. Я сегоднячки закинула в ленту свой крайний пост с тегом #мв. На 11 сезоне меня не будет. У нас ушли Дениса, и работать на этом проекте с другими режиссёрами я не буду и не хочу. Не смогу обитать в осиротевшем киносемействе, не смогу ходить на работу ради работы. Всё то хуйло, которое кричало на разнообразных сайтах в интернетах "поменяйте режиссёра" - не пробовали крикнуть "поменяйте сценаристов"? Не вам каждый день весь съёмочный период объявляли в рацию "Ребята, вы самые лучшие в галактике! Всем спасибо, смена окончена!", не для вас постоянно рисовались раскадровки, что бы меньше объяснять на пальцах и быстрее снять метраж, не вы воочию наблюдали, как лютое содержимое сценария преобразовывалось во что-то экранно-удобоваримое. Не вам своим примером показывали, что работать можно и нужно в любых условиях - пиздецовая погода, уход одного из главных героев с середины блока, летящий к хуям кпп, урезанные нищебродские сметы, вот это всё.

Денис - первый за долгое-долгое время человек, к которому я испытываю беспрекословное уважение. Из-за которого я начала рисовать как не в себя, начала курить, бросила курить. Человек, обладающий, как я уже писала когда-то, невероятной свободой, тёткам такая не дана, обязательно скатится в пошлость, поэтому я, как сделанная из ребра, старалась быть рядом и хотя бы ей надышаться. Человек, за которым я бы и в огонь и в воду - опять-таки, впервые за долгое-долгое время. Только вот вместо воды и огня - точка невозврата, а от неё два разных вектора.

Под позвоночником рёбра паркета, в трёх с половиной метрах над ними - ассиметричная лепнина, фрейдистские завитушки. Между двумя этими плоскостями, в моей смотрящей эмалевыми глазами на потолок голове - смерч из всего, что попало под руку, бесконтактный эфемерный полтергейст. Вернувшаяся из мастерской Агата, разумеется, застаёт вещи целыми и на своих местах, только одна лежит, распластавшись - выпускает полупрозрачную воронку приторного безникотинового дыма из слизистых на лице, ножки крестиком, змеится провод наушников от живота по груди, расходящийся от точки невозврата в разные стороны, как шов паталогоанатома, ну мы гримёры, чо уж, у каждого своё понятие о пустоте и прекрасном. И ткани лёгких пропитываются каплями глицерина с привкусом сладкой ваты и кофейных зёрен.

Когда всё пиздец - меня спасают только буквы. Сложно отпускать людей, сложно отпускать проекты. Но всё пройдёт. Всё - пройдёт.

Всё, пока.


@темы: "страдальческий лытыдыбр", "рисовач", "киношенька", "МВ"

01:40 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Пятнадцать дней на вейпе без сигарет, а сегодня - первый день на безникотиновой смеси, полёт нормальный.
Театральные беззлобно троллят - мол, где же ты бросила, стоишь тут у служебки дышишь своим глицерином, а если он без никотина, то в чём смысл?
Ох, в чём смысл.. Как и у мальчиков, у девочек с превращением в тётенек вырастают и игрушки. Одни валяются в дальнем ящике, а другие всегда с тобой. У меня такая коллекция разнообразного дорогущего профессионального косметоса и кистей для визажа, что большинство моих знакомых дев делают "ааах", когда я залезаю в гримёрный чемодан на глазах у них, но для меня это обычный бестрепетный рабочий инструмент, не более того. Что я действительно люблю, от чего дрожат ручонки и трепещет мозг, так это крохотные скляночки и разнообразные запахи. В любых вариациях - от пустой стеклянной тары на развалах удельной до ароматизированного чая. Когда мы с Сиром сто лет назад лазали в заброшенную химлабу, я от восторга лицезрения огромного скопления пыльных отфактуренных временем стеклянных сосудов поскуливала и бегала вокруг столов и шкафов с гиканьем. Про стекольный завод в Малой Вишере вообще молчу. Из магазиков "Бодишоп", "Ив роше", "Органикшоп" и иже с ними меня надо гнать ссаными тряпками, ибо если я туда попадаю, то вынюхиваю все запахи во всех баночках, другим посетителям ничего не остаётся. Мир перестал быть прежним, когда зазнакомились Саша и "Demeter" на третьем этаже Галерейки, я там стою и довожу до одурения продавцов, перебирая полки с двумя категориями запахов - мерзотными и кондитерскими. Ухожу с мерзотными в основном. "Laboratorium " во всяких "Спасибо" и "Занзах" - ой, всё. На этих баночках ещё и подписи - "от всяческих сует", например, "от вредности" или "для усиления вкуса жизни". При этом у меня прицельное какое-то нюхательное нищебродство - всякие "Рив гоши", "Дьютики" и иже с ними оставляют меня совершенно равнодушной. Я очень люблю минимализм, крафт, прованс и хипстерские картинки, и терпеть не могу гламура и излишних деталей, которыми сопровождаются "взрослые" парфюмы. Когда вырасту и вместе со мной вырастет моя зряплата - переключусь на селективы в одноклеточных упаковках, наверное, а пока так.
К чему, тащем-то, я. Сегоднячки днём открыла для себя прекрасный и удивительный мир безникотиновых жидкостей для вейпа. Давно хотела, но я и магазины - сложное комбо, заглядываю в них только по острой необходимости. Нонче прицельно шла за подарком в табачку, а там оооп - скляночки! С пипетками, утопающими в густой жижице, такие славные, все хочется потрогать и каждую покатать между ладоней, ощутить прохладцу стекла. На одной скляночке нарисован парк с карусельками, чёртовым колесом и силуэтами воздушных шариков, внутри тягучее янтарно-красное, как сгущёный йод, запах шоколада и кофейных зёрен, и я всё. Я когда во что-то влюбляюсь, мозг отказывается адекватно оценивать происходящее и по-партизански молчит, если задаёшь ему вопросы "это нам зачем/посмотри на ценник, а потом подумай о театральной зарплате/это не слишком ли хорошо". В общем, все эти хипстерские безникотиновые смеси - вкуснее, чем сиженьки, эстетически приятнее, не остаётся сижного шлейфа, который на пальцах гримёра мало кому нравится, когда эти пальцы трогают твоё лицо, и в то же время вейп не лишает той возможности социализации, которые дают сигареты (с тех пор, как я начала курить у служебки, ко мне в соцсетях добавились в друзья почти все монтировщики из КМТ, это успех, ящетаю) Так что меня можно поздравить с успешным соскакиванием с никотиновой зависимости, часть вторая. Не зарекаюсь, но пока хорошо.

Из далёких подмосковий долетела по соцсетям весть, что на днях повесился мой бывший одноклассник, один из тех, кто все школьные годы дразнил меня моей же фамилией. Первая смерть среди этих уже очень нереальных за дальностью и давностью лет для меня людей. Жизней новым людям они дали количественно больше.

То ли профдеформация, то ли что, но в последнее время понимаю, что тактильные контакты с людьми, которым я симпатизирую, заходят мне больше, чем что-либо остальное, включая разговоры ртом. Ну например мне что-то говорят, а я молча глажу по щеке, убираю с глаз прядку волос, касаюсь плеча, обнимаю, и в этом больше искренности, чем в ответных словах. Это так странно, раньше мне нужно было преодолевать себя, что бы коснуться человека, всего каких-то лет пять-шесть назад, а сейчас тактильность - самый доступный и приятный способ передать информацию. Без всяких сексуальных подтекстов, просто так легче. Сегодня в очередной раз зафиксировала и задумалась, почему. Слова вслух такие пустые и ни о чём, бессмысленное перебирание гальки на берегу. А потрогать - как волна, облизывающая кожу.

Всё хорошо.

@темы: "лытыдыбр обыкновенный", "тиятр"

23:14 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
А расскажите мне что-нибудь про меня. Хорошее, плохое, неважно, хочется взглянуть на себя глазами других людей. Можно анонимно. На основе живого общения, на основе дневничков для тех, кто незнаком со мной лично. Чот читателей перевалило за сотню, а в комментариях тишина, и хотя я пишу по большей части для себя, интересно узнать, читают ли меня, есть ли отдача. Не надоедает ли читать про мою бесконечную работу или карасиную тоску, о чём ещё хотелось бы почитать. Можно вопросцы, я на них отвечу. Контакта хочется. Спасибо)

14:21 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Я в Петербургахъ. Пережила три спектакля, три музеюшки, погрузку, алкогольные ночи и, наконец, два обратных самолёта. Вечером мчу на спектакль, хотя лучше бы легла и умерла, ибо два часа сна в отеле, а сидючи в дороге спать совсем не могу.
Грядут очень жаркие недели, я начинаю уставать уже только при одной мысли о них.
И карасиная тоска отчего-то продолжает просачиваться внутрь.

Но всё хорошо.

@темы: "гастроленьки", "карасиная тоска", "тиятр"

00:17 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Ну, в общем, у нас тут чо. Алкоголь, переправленный из Петербургов на подводах, промёрз насквозь, пробки из винишка повылетали, один мой сидруля в пластике держался молодцом, хотя тоже превратился в глыбку льда. Размораживали весь день.
Тут есть сырная морожка!!! Ларёк прямо у театра. Я так прыгала от восторга, это ж мой фетиш и объект попискивания, в Петербургах оно редкое и не для нищебродов.
Ещё из гастрономических извращений - мы нашли хлеб с активированным углём. Интересно, кто такой заботливый изобретатель, друг богемных алкоголиков вроде нас.
Тут холодно, выйти из помещения - примерно как в открытый космос, но снежище чистый, лёгкий как пух и скрипит под ногами, ваще! Как в детстве зимними вечерами.
В тиятре нарисован дедушка Ленин под потолком, на главного артиста нашего спектакля чуть не ёбнулся штанкет, мы сгоняли в музей истории развития Кузбасса и наслушались страшного, но неизбежного. С утра после самолёта (семь утра по местному времени, три ночи - по нашему) мы плавали в басике с бирюзовой тёплой водой, немного тренили в крохотном зале, а потом за завтраком сидели у окна с видом на голубеющую набережную реки Томь, всю припорошенную снежищем, и было нереально хорошо, квитэссенция спокойствия.

Всё хорошо.

@темы: "тиятр", "лытыдыбр обыкновенный", "гастроленьки"

03:15 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Каждый раз крайний день перед перелётом проживаю как последний - на всякий случай. Завтра будут попытки своё рисовачно-бытовое уместить в ручную кладь, далее кофе перед посадкой, дважды заложенные уши, кофе в отеле после долгой дороги, когда мы придём к стойке администратора прозрачные от недосыпа и сидячей неподвижности. Коматозный душ, смываешь с себя усталость, одревенелость, оставляешь сон без примесей и всё. Белые простыни, долго устраиваешься на незнакомой подушке, прячешься в непривычном одеяле, умираешь моментально, без снов, тебя просто выключают, щёлкает тумблер. Просыпаешься днём, когда светло. Вид на набережную из окна - я подсмотрела всё в инстаграмме тех, кто туда уже прилетел и играет другие спектакли. По нашему времени утро, по времени юга Сибири давно день, светики и монтера уже собирают площадку в театре, в который ты сегодня точно не пойдёшь, ибо главный бездельник, а вместо этого отправишься исследовать город, в который вряд ли бы занесло, кабы не гастроли. Музеюшки, площади и архитектура, парк с заснеженными аттракционами, сидр в каком-нибудь местном баре, который ещё надо квестово найти, повышение градуса ночью в номерах, когда еле живые придут в отель те, кто сегодня вёл войну света, звука и реквизита с незнакомой сценой.
Мне очень нужна эта перезагрузка. Когда пропадает ощущение слабой ниточки близости от того, что в Петербургах сейчас нет самого важного, хочется и самой очертя голову нестись на другой, противоположный конец города, страны, континента.
Перестать делать глупости. Пока я только из них и состою - захлёбываясь в равнодушном недоразделении нежности, слушаю и читаю как маленькая Полозкову, игры слов которой как ножом по сердцу, взращиваю надежды, долго мну сиськи, проёбываюсь, злюсь на себя, трезвею после шампанского среди пилонов на полу, хожу треугольниками Суворовский-Кирочная-Таврическая, вдыхаю весь глицерин из вейпа под реверс в наушниках, ай какая дурочка, тоскую до ощущения физики - тёплой, например, ладони на моих позвонках, хотя под следом твоих пальцев и линий по прошествии времени уже, наверное, новая кожа выросла. Я жить не могу, как скучаю. Я сублимирую во всё - в тренировки и новые синяки, в рисовач мрачняка, в работу, в то, как я обнимаю и клюю в щёку своих подопечных актёров, как трогаю их за плечи и глажу по волосам, как помогаю вынуть занозы и мчу на другой конец театра за перекисью, спиртом, бритвой, за лысым чёртом в ступе, потому что люблю их, люблю всех их, таких мальчишек, одной огромной общей любовью, но ты - ты от них отдельно. Только с тобой за последние ..дцать дней (хорошо, не лет) мне хочется просыпаться.

Завтречка самолёт. Другой конец этой страны, до которого, если иметь в виду все вероятности, можно успешно добраться, а можно не долететь.

Я ужасно скучаю.

@темы: "гастроленьки", "карасиная тоска", "страдальческий лытыдыбр", "тиятр"

18:30 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Всё-таки как неожиданно быстро трансформирует тело пилон. Неполный месяц сдвоенных занятий раз в неделю - и внутри ты уже дерево, сухое окаменевшее дерево под мягонькой прослойкой мха (как поэтично о ночном дожоре, удивительно, что при моём балансе опустошения холодильника и часов сна - первого как не в себя, второго всегда не хватает, я всё ещё не бегемотец)
Пилон формирует твёрдые руки, пресс как стиральную доску, покрывает тыльную часть ладони рельефными венами, расцвечивает кожу синяками, фактурит огрубевшими замшевыми кусочками, и наверное я неправильная девочка, но мне до дрожи приятны эти изменения. Я разглядываю вернувшиеся ко мне два кубика верхнего пресса, разглядываю коленки, разноцветные от кровоподтёков, и так сильно начинаю любить свою тушку, вся мазохистская составляющая меня вылезает наружу. Спорт, красивый, как балет, но ещё более жёсткий, хотя казалось бы, куда уж. Когда десятки и сотни неловких, смешно выглядящих повторов перед тем, как плавно и красиво сделать крутку или трюк, что бы со стороны смотрелось так, будто управляешь своим телом в воде, а не в воздухе. Когда жалеешь себя, выдыхаешь, говоришь себе сначала "больше не могу", потом визуализируешь перед собой заветного карасика и херачишь дальше через боль и мышечные отказы. Я пилонный двоешник, но каждую тренировку я делаю всё, что могу, карасиное имя как мантра, как щелчок кнута.
Между тренировками я состою из деревянного каркаса, который напоминает о себе каждую минуту, когда шевелишься. Хожу со скрипом, крепится каркас на заржавевшие железные петли, в которые никто давно не капал спасительной масляной жижицы. Только в процессе разогрева перед тренировкой сухой мой скелетик растекается плавленным пластилином, внутри горячо, пилон под рукой теплеет постепенно.
"Тарасова! Что стоишь, коза, где твоя крутка!" - сенсей Курочкина киборг, она танцует на шесте, как дышит, я её обожаю.

Из театра сегодня практически вынесла себя на руках. Устаёшь не физически, упаси господь, а от осознания, что ещё месяц, вероятно, шесть дней в неделю ты как зайчик должен будешь являться в театр ни свет ни заря, все, сука, дни до выпуска. Я сбежалъ. Всё, всё. До вечера пятницы не кантовать, нет меня, завтра мой гастрольный самолёт, пока серый аквагрим, привет Кемерово!

Это я на своём рабочем месте после недели нон-стоп грима с 10.30 утра и вечерних спектаклей

Всё хорошо.

@темы: "гастроленьки", "пилон", "тиятр"

22:31 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Гримокарусель в тиятре набирает такие обороты, что хочется уже скорее соскочить с неё и улететь к ебеням в Кемерово, три дня вечером пить, а утром с похмелья плавать в басике при отеле. Три дня не отмывать серую акву со всех частей тела и не отхаркивать её из дыхательных путей, а в самолётах и в театре рисовать свои заготовки для комикса, там столько картинок, набросков и наработок в голове, что из них очередь и толкотня. Я люблю свою работу, я ей живу, я ей дышу в прямом и переносном смысле этого слова, но который день подряд вставать в восемь, что бы к десяти-одиннадцати быть в театре, работать репетицию, почти без паузы работать вечерние спектакли и приползать домой в десять-одиннадцать - ну уж.. Дома я делаю постижёрные дела, немножечко рисую, ищу материалы для вдохновиться, что б продолжать рисовать и работать пробы, в три часа ночи ты понимаешь, что болезненно бодр и весел, а спать осталось пять часов. Каждое утро набор привычных для выхода в свет действий сокращается на одну-две позиции, а количество сна пытается увеличиться на пятнадцать-тридцать минут.
В общем, мой любимый жёсткий тайминг возвращает меня к жизни, чем больше загруженность, тем больше я успеваю - сегоднячки, например, впихнула пилон между репой и спектаклем, ибо а когда ещё.

Вчера пополнила коллекцию "Demeter", хотя шла в галерейку совсем не за этим. Вы знаете, вещает мне продавец, что наши ароматы можно смешивать, они отлично сочетаются! У Вас уже есть что-то из нашей продукции? - Да, есть. "Похоронное бюро", "Девушка-зомби", теперь ещё и "Камин". И "Булочка с корицей"! Тащем-то, "Камин" пахнет моим любимым скипидарно-масляным чаем, но резкость запаха чуть сбивается опилочно-деревянным.По скляночке на каждый сезон, деметер как наркотик, особенно по части странных запахов, не остановиться.

Самолёт уже послезавтра, а завтра с утреца гримокарусель, после которой бар с коллегами сменится эгегеем на официальном открытии Курочкинской студии, среди пилонов на полу я ещё не пила.

Всё хорошо.

@темы: "тиятр", "пилон", "гастроленьки"

16:42 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Запустился цикл дней "всё как я люблю" - с 11 до 16 репетиции на основной сцене БДТ, час перерыва и с 17 до вечера - спектакли, иногда на КМТ, что только добавляет роскоши.
Я четвёртый день не курю сиженек, только вейп. Не усилием воли, просто не хочется и невкусно.
В тиятр для "Губернатора" купили аэрографы. Артисты морщатся, вертятся, канючат, что им холодно, щекотно и краска затекает в ухо. В мужском гримцехе более чем всегда атмофера младшей группы детского сада. Самая концентрированная, самая сильная любовь моя - замес выпуска спектакля. После сегодняшнего дня я даже радуюсь, что МВ сдвинулись до весны.

Спектакль обещает быть мрачно-прекрасным, судя по началу движухи в репзале.

Всё хорошо.

@темы: "гримёрство", "тиятр"

04:15 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Как, говорю я вчера под утро Агате, маясь от бессонницы, как несправедливо устроено всё. Три неравнодушных ко мне карасика на площадке, о которых я даже не вспоминаю, не думаю, отмахиваюсь от их редких робких знаков внимания. В свою очередь, мой заветный карасик так же не думает обо мне, и я не воюю уже, я смиряюсь, терпеть не могу быть навязчивой.
В целом-то всё хорошо, но иногда как ёбнет чем-нибудь вроде этой бабской лирики постом ниже - и всё, и ты в нокауте, и во рту солёное с ржавым привкусом. И сразу перед глазами то, что обычно гонишь от себя ссаными тряпками, потому что ты стиснувший зубы мужик, а не кисейная барышня. Бьющаяся венка на шее, ресницы, от пепельного к тёмному узор щетины, а ты настолько близко, что в рассветном сумраке со своей семиединичной близорукостью без линз видишь всё, что не осмеливался разглядеть всё время до, да и теперь рискнул лишь потому, что карасик спит, пульсирующе-беспокойно сжимая во сне твои руки, а ты давишься нежностью и смотришь, смотришь впрок, зная, что скорее всего это одноразовая акция.
Беспомощность, больше всего в этом и без того несовершенном мире я боюсь беспомощности, и ещё - навязываться, когда не знаешь наверняка, насколько нужен и нужен ли вообще.

Нахер, никаких больше случайных бабских лирик. Только треплет то, что я старательно глушу работой, пилоном и рисовачем. И ни в коем случае не другими карасиками, дурацкая моя голова, влюбляющаяся раз в десять лет и обязательно - в кого-нибудь совершенно ёбнутого и тем прекрасного.

Всё хорошо.

@темы: "карасиная тоска", "страдальческий лытыдыбр"

02:08 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Когда, блять, всё, что ты чувствуешь, кто-то до тебя слово в слово заранее написал.
"Здравствуйте.

я не имею права к Вам обращаться, и мое придушенное приветствие уже за гранью приличий.

здравствуйте.

я не буду просить прощения, в конце концов, я ничего такого не сделала. просто все, что происходит сейчас, — еще одна моя капитуляция перед Вами и изумленное возмущение тех, кто знает нас, но ни о чем не догадывается. для тех, кто знает, что мы дружны, и полагает, что мы всего лишь дружны. и Вы знаете, что я пишу о Вас, но смолчите. я уверена, что после этого чудовищно-откровенного письма Вы не выдадите меня.

я сгораю. я Вас хочу. я так сильно и так давно Вас хочу! ну, право же, я давно не девочка и, черт возьми, я самая настоящая девочка. когда Вы рядом, у меня холодные руки. я не могу есть, когда мы оказываемся в одной компании. когда мы в одной компании, я боюсь пить вино — нервы могут подвести и мое вдруг опьяневшее «я» может не сдержаться и выдать себя.

кружится голова, и тошнота в солнечном сплетении. вот Вы оказываетесь недалеко, и я боюсь смотреть в Вашу сторону. я и из-за этого громко деланно смеюсь. я на повышенных чеканно экзальтированно обсуждаю киев, и сочи, и думу, и арктик санрайз и, чувствуя Ваш беглый заинтересованный взгляд, обмираю под футболкой. я беру бутылку воды и не могу проглотить. вода барахтается перед гортанью, и тут Вы проходите мимо и говорите: «диана, добрый вечер», и улыбаетесь, и идете дальше, а я уже труп, я утонула в глотке воды, я — вирджиния вульф в своем прощальном путешествии по реке.

стулья — столы — кресла — диваны — Ваша одежда — запах людей — как пахнете Вы, как Вы — ошеломительно-дерзкий интерес — ТАМ пахнете. меня знобит, выворачивает, я натыкаюсь на колья своих мыслей, я представляю Вас близко и подскакиваю на матрасе, будто дети на батуте.

близость, близость, близость — желание близости — отвращение от мыслей о близости и опять желание близости. я хочу Вас. хочу к Вам. хочу на Вас. хочу под. это невыносимо. я пишу песню, я пою ее друзьям. им нравится. я закрываю глаза и пою ее Вам, я представляю, что Вы — это они. наверное, это нечестно. это извращение. хотя почему, позвольте узнать? мы — все до единого — заложники своих чувств. не мы их придумали и не нам за них отвечать. кто наделил нас страстью? отдавал он себе отчет в том, какими будут последствия? уверена, нет. он так же, как мы, страдал от страсти, страдал и хотел. и все.
я огромный кувшин с нежностью.

нежность взбивается в масло. масло взбивается в хлопья, хлопья в сметану, сметана в снег, снег в солнце, солнце в песок, песок забивается в горло — я хочу Вас. я схожу с ума. мне все равно, что будет дальше. увы, мне правда, мне правда все равно. я аморальна, похотлива, беззастенчива, и мне плевать на Вашу семью, на Ваших детей и глаза Вашей мамы. одна ночь, всего одна ночь. мне необходимо узнать Ваш вкус. мне необходимо узнать, как пахнет Ваша макушка, и затылок, и шея, и подушечки пальцев, и как Вы кричите, и близко ресницы, и пергамент кожи, эти огромные глаза на изощренном талантливо вылепленном лице. мне необходимо увидеть, как рождаются в Вас слова, где они живут, скулами прочертить траекторию рождения Вашего голоса. мне кажется, я знаю исходную точку Вашей красоты. мне надо в этом убедиться. мне необходимо убедиться в этом. мне абсолютно все равно, что будет после нашей близости. после того, как всю ночь я буду целовать Вас наотмашь и плечи будут гибче березовой коры. не думайте, что я остановлюсь на этом, я дрянь, я хочу Вас. все предельно ясно, четко до последовательности деталей. я охочусь. я сделаю все. я сделаю все. я охочусь на Вас. я сделаю все. простите меня. простите. боже мой, как стыдно, как стыдно. я больна. надо уехать. надо заняться работой. надо согнуть себя в бараний рог и так, капля за каплей, выдавливать из себя желтую слюду страсти. я смогу. я должна. надо купить черное пальто и уехать. улететь. далеко. в чужую страну. надолго. навсегда. прощайте. мое тело висит на ребрах, моя шея висит на ребрах, мое сердце висит на ребрах. какая пустота. какая пустота. какая пустота. я невозвращенец. мне нужно уехать. я уезжаю. я уехала. кельн, дюссельдорф, берлин, берген, орегон, чили, корсика, беркли, день благодарения, лимон, ла бока… бесполезно. всуньте мне нож в спину. я хочу умереть. я умерла. и был театр. и был театр. конечно же он был. по ролям, с буфетом, реверансами в гардеробе, громоподобным восклицанием «диана, как мы рады Вас видеть! Вы, оказывается, любите театр?», мольбами найти черный вход, побегом, брошенной, подаренной гардеробу курткой, я не умею убедительно врать — сразу начинаю заикаться и пропускать буквы в словах, красным лицом жены, белым лицом мужа, следами извести на моей содранной о стену ладони. топ-топ-топ-топ-топ-топ-топ, и я обрушиваюсь грудью в пролеты лестниц, удивительным, не к месту, образом отмечая, как убоги и обшарпанны гримерки в самом важном питерском театре.

здравствуй — здравствуй-те. и мы скрываемся в подворотнях и падаем вглубь невских колодцев. из-под туфельки вырывается кончик крысиного хвоста. в этот момент ты целуешь меня, и я не успеваю испугаться. ты потом напишешь, что мы целовались по-птичьи. врезалось в память. до сих пор пытаюсь понять, почему тебе так показалось. я только один раз в жизни знала, что смерть стоит страсти, а страсть смерти, и это было в ту ночь. и, чувствуя свой раскаленный живот, я глохла от счастья, и ты все не мог остановиться, и я все не могла остановиться, и твоя майка под мостом, распластанное небо ладони на асфальте, швейцар из англетера поил нас кофе с медом, на рассвете лил дождь, и ты купал меня в ванне и все приговаривал: эта твоя харизма, милая, это твоя харизма. это твоя харизма, милая, это все твоя харизма.

я подарила тебе шинель."

@темы: "чужое", "карасиная тоска"

15:35 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
О сложности бытия - найти референсы. Много референсов быта начала двадцатого века, начиная от особой сосредоточенности и благородства лиц людей той эпохи, заканчивая интерьерами заводов и фабрик, присутственных мест, аутентичной одежды, колеса от телеги. Но срисовывать низзя - только опираться, потому что это должен быть исключительно твой мир. С недопущением исторических ляпов - но твой. Серо-красный, акварельный, с размашистым росчерком маркера и тоненьким - пера. С прозрачными глазами персонажей, с реверсом белого платка, гипсовых лиц и кровяных заржавелых пятен.
Это я вынашиваю своего "Губернатора", уже начала рисовать раскадровки.

А вообще мы готовимся к гастролям. Вчера на малой сцене только и разговоров было, что о предстоящих приключениях. "Повезём снег в Кемерово зимой, ой не могу!" "А пока мы будем ставиться, Сашка, как главный бездельник нашего спектакля, выроет нам тоннель в сугробах - от гостиницы до театра." "Так, спим только в самолётах, потому что в Кемерово нам будет некогда этим заниматься - я беру ледянки на всех, вот уже положила в реквизиторский ящик, ночью идём кататься с горок" В окне между дневным и вечерним спектаклем я иду в поход за алкашенькой, которую мы предпочитаем не везти на себе и не покупать на месте, а грузить в ящики с реквизитом, ибо есть особая прелесть в том, что бы прийти в театр в чужом далёком городе, выставиться, пройти техническую репетицию и в процессе этого нелёгкого труда знать, что на дне железных сундуков сладенькие запасики, а посиделки в нумерах всё ближе.
В общем, фуры с театральным барахлишком и личными запасами художественно-постановочной части отбыли сегодня в Кемерово, мы летим туда через неделю - двумя самолётами, через Москву, и я готовлю себе почву для усиленного рисовача в воздухе. Раскадровки, референсы, википедия, референсы, раскадровки..

Всё хорошо.

@темы: "гастроленьки", "лытыдыбр обыкновенный", "рисовач", "тиятр"

01:06 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..


Это, конечно, всем подвигамъ подвигъ - доделала крышечку Денису. Даже не сказать "Не прошло и полгода", потому что как раз примерно полгода с нашего первого о ней упоминания и прошло.

Внезапно несколько разных людей, не сговариваясь, с разницей в два-три дня заявили, что хотят учиться у меня пластическому гриму. У меня. Пластическому гриму. У меня.
Сижу, обложившись с одной стороны давно употреблённым Сиром шоколадным хуем, отлитым на коленке от безысходности с подругой дней моих суровых Хреном. С другой стороны возлежит как раз крышечка, которую я отливала полгода, стараясь сделать её по всем правилам формовочной науки, но завершённая даже неприличней, чем на коленке - без гипсового каркаса,без разъёмных форм, подвешенная на кольце из проволоки, пижженой в тиятре, на деревяху между двух стульев простейшая, как одноклеточное, форма из бодидабла, прихлопнутая сверху продырявленной пластмассовой крышкой, всё в вазелинке и липком. Силикон, подаренный Потеряевым, смешан со строительным пигментом, подаренным коллегой по гримёрному киноцеху, залил и думаешь - осядет краска или распределится равномерно? У Курочкиной лежат где-то мои латексные штаны, в которых я помогала ломать стены в пытошной, а дома теперь есть ещё и силиконовые штанцы. И паркет. И всё.
В центре, конечно, возлежит Хеллбой, единственный законченный заказ по пластическому гриму. Закончен, разумеется, только потому, что заплатили денег и ограничили сроки. С Хеллбоем всё было хорошо, по правилам. С формой из ребаунда и гипса, с замками, с марамойским красителем для силикона, очень образцовый Хеллбой. Как я скрещивала пальцы перед каждым новым этапом формовки, пусть останется за кадром. Как я отпускала в свет моего полностью загримированного персонажа - об этом тоже умолчу. Если не писали гневных сообщений - значит, на корпорате ничего не отвалилось, а потом дома смылось без мяса и лоскутов кожи, спасибо и на том.
На периферии, за давностью событий, сделанные на коленке в бесконечных количествах латексные уши к фестивалю, ох мой месяц бессонных ночей, собственные силиконовые пальцы, раздаренные впоследствии по друзьям с наказом не вершить противозаконного, путая следы моими отпечатками, и самое первое - накладка со шрамированием для гримёрного конкурса, ради неё-то я и затеяла всю свистопляску с самостоятельным изучением пластики.

И вот чему я научу людей, которые жаждут меня в преподаватели? Здравствуйте, меня зовут Саша, что умею - покажу. Что я уже умею? Сладенький МПХ, авторские крышечки для банок с домашней алкашенькой, плагиат собственных пальцев. С чего начнём?

Утрирую, канэшн. Я всегда грудью на амбразуру.


Что у меня хорошего, помимо пластики? Я снова бесконечно много херачу, заказы лезут, как тараканы из щелей, когда погасишь свет. Ездила в Балтдом разрабатывать грим для героини детского спектакля. Делала образ барышни для съёмок рекламы. Завтра с утра опять несусь на халтуру, а вечером на спектакль. И не хочу спугнуть, но, возможно, летом есть шанс поработать художником по гриму на хорошо финансируемом полном метре. Ритм загнанной лошади - то, что я так нежно люблю и чего мой организм, натурально, жаждет.

На большой сцене начинают ставить "Губернатора" Леонида Андреева. Села читать, что бы быть в материале, и по уши влюбилась - в язык, в образность, в безысходное содержимое. А главное - в то, что перед глазами сразу комиксовые раскадровки, хотя ты об этом даже не помышлял. Каждый абзац - как готовое акварельное пятно, которому надо только придать чем-то более чётким немного законченности.
Кажется, я переросла свою детскую дохленькую ботанику. Кажется, зима выйдет кропотливой, но увлекательной. Кажется, пока в БДТ будут ставить премьеру, я стану её рисовать, уж очень располагает.

крайняя ботаническаямёртвопись

Скоро с гастроленьками в Кемерово полетим. Говорят, там уже минус тридцать.

Всё хорошо.

@темы: "рисовач", "гримёрство", "фото"

23:54 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Попробовала экзот после фита сегоднячки. Долго до него росла.
Это что-то очень запредельное, невероятно красивое и безумно поднимающее самооценку.
Кажется, впереди туфли, наколенники и абонемент на 12 занятий вместо восьми.
Приходишь в студию - ну что-то очень из себя несуразное. В парке, огромном свитере, невыразительных штаниках, полувоенных ботиносах на шнуровке, всё обмотанное шарфом. Становишься к пилону - в зеркале баба бабою, ничего себе так, а если ещё и стрипы..
К привычным уже синякам от фита добавились экзотические - на плечах и шее.

А! Я сделала птичку с перебросом ноги! Сама! Криво, но да. И сама опустилась из четвёрки вниз головой! Лихачество придаёт сил.


Всё хорошо.

@темы: "пилон"

02:38 

..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Когда карасиная тоска перекрывается сверху злостью, которая жжёт и не находит выхода, а ты, как человек разумный, понимаешь, что карасик ни при чём и агрессии в его адрес быть совсем не должно, самый лучший вариант - направить этот бессильный негатив в полезное русло.
Так что у меня на руках абонемент в личную полдэнс-студию Тани Курочкиной, официально открытую буквально вчера. Вот та самая студия, куда я ездила летом ломать стены и всячески помогать. Восемь занятий - и внезапно к фиту захотелось добавить экзот, потихоньку добываю себе стрипы. Пилон - тот ещё наркотик, с него сложно соскочить, если подсел.
После трёх месяцев перерыва, думала, буду обнулённым днищем. Ибо чем я всё время занималась? Два раза сходила поплавать в зал, через раз отжималась и стояла в планке в ванной, коротая время до окончательного слива воды (коммуналка ж такая коммуналка, чо). Но эгегей - я достойно вспомнила все крутки, почти с первого раза прыгнула в рогатку, сделала птичку и скорпиона - всё то, на чём я в крайний раз остановилась. Поучила новую круточку. На разминке свернулась кольцом, прогнувшись назад и потрогав пальцами ног лоб, спина по-прежнему моё самое сильное место. Делала без мата элементы, в которых висишь вниз головой. Ну, по крайней мере, без того мата, что на полу, мат изо рта, думаю, был, вниз головой сложно контролировать эмоции. Меньше боюсь, злость и агрессия включили лихачество, самое время доказывать себе, что я всё могу.
Синяки россыпью, конечно. Крепатура пока почти не, но завтра спектакль с репетицией на КМТ с его высокими лестницами без лифтов, четыре этажа вверх, два вниз, м - мазохизм.
Злость уляжется, результаты останутся. Всё к лучшему, всё вовремя.

Я всегда добиваюсь всего, чего действительно хочу. И кого - тоже.

Всё хорошо.

@темы: "пилон", "карасиная тоска", "страдальческий лытыдыбр"

eksha_diary

главная