eksha
..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
Первый приезд домой, не приносящий каких-либо положительных эмоций, кроме разве что чужого халявного вайфая, который хорошо и быстро работает. Без интернетов было бы совсем черно.
Ради чего я сюда приезжаю? Уже не за своим прошлым, ибо что от него осталось.. Здесь некуда ходить, кроме как в леса (именно туда я завтра и отправлюсь), здесь - мораторий на местность возле бабушкиного дома после его продажи, я боюсь не увидеть его, боюсь увидеть его обломки, хочу сохранить всё в памяти таким, каким оно было в светлейшие времена, поэтому путь в ту часть города для меня закрыт. Папа говорит - его снесли. Вот прямо сейчас говорит. А ему сказали друзья. Сам он туда не ходит. И у него мораторий. Чёрт.
Завтра - в леса и купаться. Послезавтра - уже и автобус до Москвы часам к пяти вечера, а до них будет кухня-кухня-кухня. Полный холодильник разной приготовленной мной человеческой еды. На несколько дней вперёд. Потому что это чуть ли не единственный способ, помимо записи музыки и фильмов, донести свою любовь и заботу папе. Потому что мы с ним как две собаки - всё понимаем, а сказать не можем. Поэтому мало слов - много действий. Я готовлю еду - он воскрешает для меня какие-то старые принтера, наушники, плёночные фотоаппараты.. Конечно, я благодарю его, мне приятно его внимание, но мне не нужны эти вещи, о чём я, само собой, умалчиваю. Я чувствую напряжённость между нами, словно расшаркивание у двери с узким проёмом - не разойтись двум полузнакомым, но крайне вежливым людям. Крайне вежливым, но - полузнакомым. Давит на меня нынче дом. Ничего. Недолго осталось.
Недолго осталось до раннего утра четверга, когда я смогу зайти в более привычную мне квартиру в спальном районе Петербурга, раздеться, стараясь не шуметь, и скользнуть под одеяло, ласкаясь к сонному мужу, и целых два часа до будильника провести в полудрёме, в состоянии успокоенности от совместного засыпания, от тактильных ощущений.. Моим всамделишным домом окончательно стал дом петербургский.
Хаос, в котором единственная правда - засыпать вместе. Хаос, в котором единственный долг - печь пирожки и жарить котлеты для любимого мной, но такого отстранённого от меня человека, что есть в сущности мой отец, о чём он думает, чем живёт после увольнения? Не знаю. И не решусь расспрашивать. И от нерешительности - тоже хаос.
Хаос, в котором недоумение и пронзающая тоска от того, что больше нет моего чердака и моей террасы, не просто у меня нет, а вообще нет. И никогда больше не будет.
Светлое. Светлое..
С этим городом меня больше ничего не связывает.
Только чувство долга и дочерняя любовь.
Страшно.
Мертво.
Пусто.

@темы: "страдальческий лытыдыбр", "путешествие из Петербурга в Москву", "ностальгическое"