eksha
..я боюсь расстаться со своей тоской, я боюсь однажды изменить ей - но нелепо заключать себя в тиски и тонуть в железе мёртвых новостей..
-..у меня нет. У Саши есть велик, а рядом с ним милая записочка: "если я кому-то мешаю - скажите об этом Саше", хотя кому он в коридоре у стеночки мешает..
- Агат, хорошая записочка! Вдруг кто-то придёт ночью пьяный и запнётся об него, ты чо.
-..просто Глеб, что б ты понимал: в этой квартире пьяные ночью могут прийти только два человека - я и Саша

Что бы запомнить всякое, помимо этого птичьего языка: я живу в окружении залитого силиконом черепа льва, бесчисленных штампованных гипсовых йориков (человеческих черепов, они смотрят пустыми глазницами из ниш и стеклянных дверц шкафчиков), сплю по полночи в гамаке на крыше (гнездование для взрослых, на рассвете птицы начинают петь особенно громко, я открываю один глаз, переползаю в комнату и прикрываю балконную дверь), а в комнате рядом с моей кроватью временно живёт гигантская голова акулы в половину меня ростом - это первое, что я вижу, когда просыпаюсь дома. Скоренько Агата обещает поселить рядом с головой акулы "половину дракона, потому что заказчик хочет, что б он торчал из стены, и делать заднюю часть совсем необязательно"

В театре внезапно стало легко.
Потому что легко внутри - надеюсь, окончательный штиль, а не затишье перед бурей, так-то в начале июня почти все блядские толстяки - мои. И кинчик. Кинчик скоро-скоро уже, месяц продержаться и всё.

Всё хорошо.